Художественная мастерская «Иван Христиче⻠☼ Библиотека ☼ Рассказы Ивана Христичева ☼ Роман ОТЕЧЕСТВО

Роман ОТЕЧЕСТВО

Глава 10

Наконец Катерине удалось освободить Зорина от условностей. И расправиться, с ненужной в этот миг одеждой, столько отнявшей любви и времени. Как слепой котенок, толкается к материнскому соску, так Саша, блуждал по женской ослепительно белой груди. С закрытыми глазами, от стыда, что-то искал, но ничего не понимал, что ему было нужно. Катерина потеряла свой рассудок, хмелея от невыносимой страсти, дрожащими руками нашла то место, которое отличает сильный пол, от прекрасного пола. А этот гражданин давно стоял на страже, готовый к сражению за место под солнцем; -
Стройный, твердый в своих убеждениях, очень упругий, как закаленная сталь. Катерина, нежно, по-детски, с невероятным желанием и большим стыдом, погладила своими пальчиками как у пианистки. Глубоко вздохнула, неподвижно замерла, задумалась, дотронулась до головки. Дежурного, страждущего организма. Несколько раз обвела по кругу, возбужденной головки. У Зорина из груди вырвалось: Звериное рычание, какой-то членораздельный человеческий вопль.

Рядом стояла резная, широкая, деревянная кровать, они сделали несколько шаркающих по полу движений, похожих на походку пародию. Они находились в крепких объятиях, друг у друга. Их движения были скованные и ограниченные, их ноги заплетались. Были похожие на океанического осьминога. Этот сгусток великой любви, направился в сторону стоящей кровати, они споткнулись о шкуру убитого медведя лежащую перед кроватью, и свалились на эту шкуру. Катерина оказалась сверху на Зорине, он умышленно потянул ее на себя, чтобы ей не было больно после падения, она оседлала Зорина. Ее губы пульсирующими поцелуями, покрывали всю ее грудь, лицо, губы и все остальное. Катерина сразу все поняла он не опытный, юный мальчишка. Не знающий искушения лукавого, совсем еще девственник. В самом деле, таких сильных страстей, не приходилось испытывать им, от самого дня рождения. Он издавал протяжные, не человеческие стоны; О! Что это, почему я раньше не знал такого мига, сладкая моя, и почему я раньше не родился, чтобы испытать все это. Милый желанный я так ждала этого мига. Ну, давай еще чуточку, поддай парку, еще ритмичнее. Ай! Больно же, что-то он у тебя здоровый какой-то. Не торопись, поостынь, я привыкну немного к твоему дышлу.

- Зорин простонал, Ай! – ух…. Они занимались, тайным, земным делом. Великой вечной любви, пополнением жизненно-важным планом на земле, сотворением желанного ребенка. Им было очень хорошо чувствовать тепло между собою, и аромат их тел был обоюдным, что каждый из них не ощущал своего тела, ее боль в интимном месте, чувствовалась в его сердце, на самой глубине души….
Катерина свое тело ощущала в продолжение тела Александра, Между Катериной и Александром в полной гармонии жил активный биологически-энергетический альянс, любви и физического совпадения. В момент их близости им представлялось, что они слились в один единственный биологический организм заполнившим собою всю огромную Вселенную. Как не красивые ключевые слова, о возвышенных чувствах, прекрасной любви, но земные трудности, и повседневные бытовые заботы в действительности, разбивают в пену, все великие побуждения человечества на земле.
Зорин проснулся рано утром, хотелось понежиться, поспать, после хмельной, праздничной ночи. Которую Зорин запомнит на всю свою жизнь, как первые ощущения, первого урока, своей любви. От плода этой бурной ночи, настигнет последний миг его жизни. Зорин окончательно пришел в себя, потянулся, открыл глаза, потрогал рядом рукою, пустое место. Катерины рядом не оказалось, она хлопотала по хозяйству, и тихонечко напевала народную украинскую песню.

Я ж тебе пiдманула,
Я ж тебе пiдвела.
Я ж тебе молодого
З ума розуму звела….

- Зорин поднялся с постели, робко крадучись поискал, во что можно было одеться, он стыдился своих действий, обнаженного тела. Направился на кухню. В руках Катерины все, совершалось как по щучьему велению, как будто бы всем управлял режиссер по велению волшебной палочки…. Гладила брюки Зорина и напевала уже другую песенку, колыбельную, ярко представляя, что укачивает в колыбельке малюточку. От материнского зова и желания иметь ребенка, она пошла на все уловки, и хитрости любовных утех. Ей нисколько не было больно и стыдно от своих действий и экесперементов проводимых вчерашней ночью над молодым человеком. Александр, с радостью взял тарелку, Хотел помочь Катюше, стал усердно протирать, Катерина, выхватила из рук Зорина тарелку, и говорит: Иди, умывайся, одевайся, посуду мыть не мужское дело. Понял, мой любименький дружочек. Мужские обязанности, оплодотворять нас, добывать пропитание, и защищать семью. Это закон Джунглей, который продолжается тысячелетиями, с самого основания семейного уклада, с доисторических времен. Зорин покорно повиновался, удалился готовить себя к наступающему трудовому дню. Вместе позавтракали, отправились за продуктами, по дороге, направились к колхозной конторе. Возле конторы Катерина говорит; - Ты заходи, а я сбегаю на птичник, и загляну в кладовую, возможно, кто-то меня разыскивает.

- Зорин вошел в бухгалтерию, бухгалтер не спеша, поднялся, кряхтя и повторяя свою заученную фразу, эх, старость не радость, а молодость гадость. Это же почему с обидой спросил Зорин? С удивленным недоумением Зорин смотрел в глаза Горшковскому.
- Горшковский вышел из-за своего стола, приблизился к Зорину, похлопал его по плечу. Пригласил Зорина присесть, и сам, кряхтя, присел на свой стул. Ты я вижу, парень крепкий, выглядишь хоть куда, молодецкий, такой прямо скажем Русский Богатырь. – Ах! Какое отменное здоровье у тебя, а фигура, какая красивая, прямо красавец, сказочный персонаж. Тебе не жалко все это однажды в миг потерять. Молодо, - зелено, глупый ты еще, молодой человек.
- Чего тебе не хватает у нас. Ты что же хочешь остаться навеки калекой, похожим на меня, рвешься в ад, жаждешь славы. Хочешь быть на передовых рубежах, чтобы быть во всех на виду, и показать свою удаль молодецкую. Послушай меня Александр: «Старого, опытного бывалого старика». Прошедшего, огонь, воду, медные трубы, и три лагеря. Будь умнее, научись хитрить везде, где только можно, это мое напутствие, обернется тебе же на пользу. А начальству виднее, что они напрасно тебя опекали. Ты ведь молодой, очень красивый, девушек сейчас везде полно. Все мужики и женихи сейчас на фронте гибнут.
Поживи сам для себя; - Кум королю и сват царицам, и всему прекрасному полу. Ты нужен и райкому комсомола, и колхозу, и вообще пока ты здоровый, всем нужный, все ищут у тебя помощи и защиты. С потерей своего здоровья ты окажешься никому не нужный.
У тебя, золотые руки, и голова достаточно светлая, а значит хорошо развитая и умная. От работы ты никогда не будишь богатый, а останешься больной и горбатый. Посмотри на меня, я был молодой, красивый и могучий как дуб, а вышло, что я от моей дури, стал немощным и калекою.
- Я тебе предлагаю по секрету, от всего света. Яков Давыдович, поманил Александра пальцем, тот наклонился к низкорослому бухгалтеру. Горшковский, стал шепотом изливать, все наболевшие за многие годы, молодому человеку, и чтобы никто не подслушал, на ухо, не выговаривая некоторые буквы с национальным акцентом. В семнадцатом, сражался против Деникина, там сильно меня ранили с контузией. Я находился на самом трудном участке, мне всегда хотелось, себя показать, свою удаль, чтоб полюбовались мной, был молодой, красивый, не хватало только славы и ума. Потом уже намного позже, по многим госпиталям лечился, у молодого советского государства.
- Должен Вам сказать голубчик Вы мой, пока воевал, давал хорошие результаты, для молодого государства, был нужен и красной армии и государству. Награждали и именными часами личным оружием, сам Ворошилов награждал меня перед строем красной армии. Когда же стал инвалидом второй группы, все сразу же забыли отличившегося в боях товарища Горшковского, стал никому не нужный.

В Москве, лечили ногу, раны через полгода залечили, а нога не сгибается. Слепили новый нос, с мягкого, места, вырезали кусочки тела, а на нос пришивали, восстанавливали зрение. Результаты оказались печальные, левым глазом вижу, без очков, через сетку, в молочном свете, а правым, как через закопченные стекла, одни силуэты. Нос мой стал разноцветный. Правда, шрам еле уловимый, чтоб увидеть его необходимо внимательно присмотреться. Одна половинка носа желтая, и не загорает, Другая половинка смуглая и очень сильно загорает. Нога моя не гнется, без палки, моей третьей ноги, ходить не могу до сих пор. Глаза мои, плохо видят без, очков. Толстых стекол в очках, а они очень тяжелые, просто нос отваливается, кода в них работаю. После всех моих попыток избавиться, от приобретенной инвалидности, так и не удалось вылечиться. Здоровье потерял за какие-то считанные секунды, а восстанавливался всю свою жизнь. Толка с этого лечения мало, никому мы не нужные, инвалиды, отдавшие свое здоровье за восстановление и процветание молодой, советской республики. Одна агитация, да пролетарские лозунги, о том, что молодая республика, не забывает своих героев, она их поддерживает, и помогает. Так – то, вот такие дела мои грешные; - Мотай себе на ус, молодой не опытный человек. На чем я остановился, ах, да после госпиталя, правда мне помогла молодая страна, пристроили работать, в молодую группу изобретателей. Мы конструировали и разрабатывали двигатели, для юной, и очень, нужной, развивающейся авиации, в нашей стране. С этой конструкторской лаборатории в лагерь снова меня сослали. Уже при новом сталинском режиме. Отбывал за правду матушку семь лет, отутюжил от звонка до звонка. За язык мой проклятый. Он не сдержан у меня, на веревке болтается. Как маятник у часов, сюда туда, всем расскажет. Все тайны раскроет, что нужно, и чего не надо говорить. Одним словом, как базарная баба. Мне бы женщиной родиться. Там в лагере. Я приобрел новую специальность бухгалтера, научился язык за зубами держать, по-пустому не болтать. И новая специальность мне импонирует, нужно было с нее начинать свою жизнь. Припоминаю, умер кто-то из правительства. Так ты не поверишь, молодой мой человек, это только для тебя рассказываю по большому секрету, чтобы ты опомнился, поумнел и извлек с этого примера урок….

- Ах! – Да, кажется, убили, члена политбюро, товарища Кирова, друга и соратника товарища Сталина. Так вот в честь его, устроили поминки, по всей стране. Хочешь, верь, а хочешь не верь, во всех закусочных, во всех пищеблоках, по всей стране, наливали по сто граммов водки и по одному бутерброду с черной икрой. Каждому гражданину, который желал помянуть старейшего коммуниста. Прямо настоящий коммунизм стал, который просуществовал целые сутки, для всего народа молодой страны.
- Я не сумел сдержать моего вечного врага, собственного языка, он у меня и понес, чистую матушку правду, вообще я высказал все, наболевшее в моей душе. Вроде ничего лишнего, я не сказа; - Против власти, партии и правительства. В те годы я собственной жизни не пожалел бы для молодой советской власти. Я сейчас готовый ее отдать стране, кому она нужная, такая жизнь, подневольная, инвалида , неудачника. Что она моя жизнь ломаного гроша не стоит, со всеми моими болезнями. Так вот значит;
- Я своим помелом и, продолжал говорить. Необходимо было его прикусить, я же дал свободу своему языку, и получился такой прикол; - «Чтоб каждый день был такой коммунизм в нашем государстве». Всегда всем приятно когда их угощают, или что-то дарят. Даже собаке и кошке приятное доброе слово, после вкусного угощения животные, так ласкаются, обтираются и лижутся, что и отвязаться не возможно.
А человеку тем более приятно слышать добрые слова, они всегда настраивают на добрые дела. И придают творческие силы и способности. Ночью приехали на черном воронке, отдохнуть не успел от вчерашних поминок, в трусах, забрали. Без всякого разбирательства и расследования, без свидетелей, не знаю, кто меня заложил, до сегодняшнего дня не догадываюсь, кто меня сдал органам. Втроем судили меня, присудили предателя Родины – я оказался враг народа. Жизнь была такая, что дыши себе под нос в две дырки. И никогда ничем не интересуйся и не возмущайся. Чтоб не имел своего мнения, и не смел мечтать.
- Чтоб все время соглашался с партией и правительством, славил их и одобрял их решения. По неволе я снова оказался, в широких и бескрайних, раздольных сибирских краях, на золотых приисках, на самом краю земли. Я и сейчас не могу взять в толк, за что я отбывал наказание: - За чистую правду матушку, или за язык мой плохой. А, может у меня болезнь, какая-то существует, выговориться надо, обо всем во мне наболевшем. Что же за это в лагеря, ссылать, полечить необходимо человека, если он больной. Чтоб он мне усох, враг мой, который находится во рту моем, я вообще пришел к выводу, что язык, это союзник, врагов Божьих, всех темных сил. Не зря бытует притча в святом писании, грех не тот, что в уста, а грех тот, что исходит из уст твоих. О чем это я говорил; Да! не рвись, где страшнее и труднее. Обойдутся и без тебя, в огромной стране всегда найдутся энтузиасты, и будит тебе замена».

- Я вот, дополнить хочу своим примером, за столом сижу ниже травы, тише воды, с начальством не спорю, в чужие дела не сую свой нос. Это я только с тобою поделился, Ты очень симпатичный мне, в тебе какой-то сильный горит огонек, похоже, ты наших кровей.
Ведь ты очень красивый, здоровый, любо, дорого посмотреть, похожий на меня в моей прошлой юности.
Был и я здоровый, красивый, как в сказке Иванушка герой сказок, да, похоже: «Жизнь это, и есть сказка, или глубокий какой то сон, с непредсказуемыми последствиями».

- В лагере мне еще раз нос перебили, чуть не откусили, там такие дела творятся, что вспоминать не хочется. Чтоб им самим страшно стало, чтоб они все, когда нибудь в лагерях отсидели, эти судьи, и обвинители, которые без вины виноватыми делают людей, и выносят страшные приговоры. Все мои надежды на успех в жизни, быстро оборвались. Сижу теперь в колхозе, трудовые будни считаю. А праздников и выходных в колхозе практически не бывает. После освобождения запретили мне в Москву возвращаться. Я доживаю свои дни в колхозном хозяйстве. Зорин глубоко вздохнул, пристально посмотрел долгим изучающим взглядом на Яна Давыдовича, ему стало жалко этого человека. Про себя подумал, старик выжил из ума, молотит всякую ерунду, несет антисоветскую пропаганду.
В слух ответил: - Что вы, я обязан служить моему народу и Родине. Она в страшной опасности находится. Долг каждого из нас помочь нашему народу, нашей партии и правительству, освободиться от фашистского гнета. Только счастливый человек, может воспитать себе подобного, а в тяжелой борьбе, человек закаляется. В жизни такого человека, творится великое обновление, и становление как личности.
- Курице, куда важнее кудахтать, чем снести яичко, кисло улыбнулся Ян Давидович. Взглянул на Зорина с огорчением от своего поражения, что ему не удалось переубедить молодого человека в своих понятиях о жизни. Бухгалтер уныло присел на свое место, и вяло, без интереса занялся своими дебетами и кредитами. Вошла Катерина, и заговорила с Зориным, все готово идем, заберем. Только одну минуту, она зашла к председателю. Марина Александровна, вы не будите возражать, если я пойду, помогу приготовить, закуску, на проводы Зорина. Если кто будит искать меня, я буду у Барановых. Председатель кивнула головой в знак согласия, не отрывая головы от важных бумаг. Она была занятая своими делами, не особенно вникла, в вопрос кладовщицы. Александр и Катерина ушли. За всякое злодеяние перед лицом Бога, а для атеистов, перед матушкой природой, обязательно, настигнет тяжелое испытание, а если не последует исправление, тогда последует наказание. Здесь же на земле, в душе твоей. Только наказанный человек посчитает, стечением обстоятельств, или же чистой случайностью. Потому, что притупленная интуиция. Как говорят; - «Шестое чувство не работает». Если внимательно присмотреться к существам, творившим злое, то можно отметить, что наказание следует вслед за преступлением. И никуда ты не спрячешься, от себя не убежишь не скроешься. Так, что прежде чем, приносить зло другим людям, или грешить перед людьми и Богом, подумай хорошо, стоит ли это делать?

(Иван Христичев)

Окончание следует.

ПечататьПечатать
Copyright © Художественная мастерская «Иван Христичев»   Все права защищены.

При цитировании материалов ссылка на первоисточник, гиперссылка для Интернет, обязательна.